Можайское шоссе (Багрицкий)

(Автобус) В тучу, в гулкие потемки, Губы выкатил рожок, С губ свисает на тесемке Звука сдавленный кружок. Оборвется, пропыленный, — И покатится дрожа На Поклонную, с Поклонной, Выше. Выше. На Можайск. Выше. Круглый и неловкий, Он стремится наугад, У случайной остановки Покачнется — и назад. Через лужи, через озимь, Прорезиненный, живой, Обрастающий навозом, Бабочками и травой, — Он летит, грозы предтеча, В деревенском блеске бус, Он кусты и звезды мечет В одичалый автобус; Он хрипит неудержимо (Захлебнулся сгоряча!), Он обдаст гремучим дымом Вороненого грача. Молния ударит мимо Переплетом калача. Матерщинничает всуе, Взвинчивает в пыль кусты. Я за приступ голосую! Я за взятие! А ты? И выносит нас кривая, Раскачнувшись широко! Над шофером шаровая Молния, как яблоко. Все открыто и промыто, Камни в звездах и росе; Извиваясь, в тучи влито Дыбом вставшее шоссе. Над последним косогором Никого. Никого. Лишь он один Тот аквариум, в котором Люди, воздух и бензин. И, взывая, как оратор, В сорок лошадиных сил, Входит равным радиатор В сочетании светил. За стеклом орбиты, хорды, И, пригнувшись, сед и сер, Кривобокий, косомордый, Давит молнию шофер.