Одесса (Багрицкий)

Клыкастый месяц вылез на востоке, Над соснами и костяками скал… Здесь он стоял… Здесь рвался плащ широкий, Здесь Байрона он нараспев читал… Здесь в дымном Голубином оперенье И ночь и море Стлались перед ним… Как летний дождь, Приходит вдохновенье — Пройдет над морем И уйдет, как дым… Как летний дождь, Приходит вдохновенье, Осыплет сердце И в глазах сверкнет… Волна и ночь в торжественном движенье Слагают ямб… И этот ямб поет… И с той поры, Кто бродит берегами Средь низких лодок И пустых песков, — Тот слышит кровью, сердцем и глазами Раскат и россыпь пушкинских стихов. И в каждую скалу Проникло слово, И плещет слово Меж плотин и дамб, Волна отхлынет И нахлынет снова, — И в этом беге закипает ямб… И мне, мечтателю, Доныне любы: Тяжелых волн рифмованный поход, И негритянские сухие губы, И скулы, выдвинутые вперед… Тебя среди воинственного гула Я проносил В тревоге и боях. «Твоя, твоя!» — мне пела Мариула Перед костром В покинутых шатрах… Я снова жду: Заговорит трубою Моя страна, Лежащая в степях; И часовой, одетый в голубое. Укроется в днестровских камышах… Становища раскинуты заране, В дубовых рощах Голоса ясней, Отверженные, Нищие, Цыгане — Мы подымаем на поход коней… О, этот зной! Как изнывает тело, — Над Бессарабией звенит жара… Поэт походного политотдела, Ты с нами отдыхаешь у костра… Довольно бреда… Только волны тают, Москва шумит, Походов нет как нет… Но я благоговейно подымаю Уроненный тобою пистолет… |