Последнее свидание (Эллис)

Бьет полночь, вот одна из стен лукаво тронута луною, и вот опять передо мною уж дышит мертвый гобелен. Еще бледней ее ланиты от мертвого огня луны, и снова образ Дракониты беззвучно сходит со стены. Опять лукаво озираясь, устало руку подает, неуловимо опираясь о лунный луч, со мной плывет! Всю ночь мы отблески целуем, кружась в прохладе полутьмы, всю ночь мы плачем и танцуем, всю ночь, танцуя, плачем мы. Неслышно стены ускользают, сквозь стены проступаем мы, нас сладко отблески лобзают, кружась в прохладе полутьмы. Так полночь каждую бывает, она нисходит в лунный свет, и в лунном свете уплывает, как крадущийся силуэт. И знаю я, что вновь нарушу ее мучительный запрет, и вновь шепну: — Отдай мне душу! — и вновь она ответит: «Нет!» Но, обольститель и предатель, я знаю, как пуста игра, и вот созданью я, создатель, сегодня говорю: — Пора! Конец безжизненным объятьям! И вот лукавая мечта пригвождена одним заклятьем. одним движением перста. Не сам ли мановеньем мага я снял запрет небытия, и вот ты снова — кисея, и шерсть, и бархат, и бумага!