Стансы (Эллис)

«Зови меня не жизнью, но душой, Душа бессмертна, жизнь, как миг, крылата!..» Зачем в вечерний час горящего заката Два нежные стиха вдруг встали предо мной?!. О, если б ты была моей невестой милой, Я б повторял тебе два нежные стиха, Чтоб ты прониклась вся возвышенной их силой, И стала, как они, печальна и тиха!.. «Зови меня не жизнью, но душой!..» — Неуловимо сладостным названьем В тот час. когда, волнуемый признаньем. У ног твоих склонюся я с мольбой!.. О, верь мне, верь, названия милее Я никогда доселе не слыхал!.. Когда блеснут вдали и злато, и опал, И солнце скроется, шепни его нежнее! «Зови меня душой!..» — пусть грустно, грустно Язык любви в душе моей звучит!.. Кто разум мой в бессмертьи убедит, Но кто дерзнет назвать мой стон лишь ложью гнусной?!. Когда в часы безумного сомненья Скажу себе, — Бессмертье звук пустой, Земли бесчувственной холодное забвенье! Я все ж скажу тебе, «зови меня душой!» Твоя душа… в ней искра неземная, Печаль земли ее не осквернит, Душа твоя живет, не умирая, И в ней любовь бессмертная горит. Все, чем я жил в дни детства золотого, Когда орган, чаруя, в сердце мне Вливал струи восторга неземного, Проснулось вновь в сердечной глубине!.. «Зови меня душой!» — когда я в миг признанья, Держа тебя в объятиях своих, Как чародей лепечет заклинанья, Шепну тебе заветный, нежный стих!.. И, весь горя в порывах упоенья, Следя с тоской минут последних лет. Восторженный и чуждый всех забот, Скажу тебе: «Да, жизнь одно мгновенье!» Впивая жизни яд и горькое томленье И видя радостно, как прочь летит она, Душа зажжется вновь, желания полна, Вознаградит себя в последнее мгновенье… И обоймемся мы нежнее вновь и вновь, И небеса продлят восторги тех лобзаний, Чтоб, слившись с красотой вечерних трепетаний, Потоки чистых слез исторгнула любовь!..