Святой Георгий (Эллис)

Non nobis, Domine! Эй, Beauseant! Вперед! Напор, и дрогнут дети Вавилона… Их стрелы тьмят сиянье небосклона, их тысячи, а мы наперечет. Да встретит смерть, как Даму, рыцарь храма, благословит кровавые рубцы, за нами море медное Хирама, Иерусалима белые зубцы. Путь рыцаря — святой и безвозвратный, жизнь — путь греха, но смерть в бою чиста, и ждет за гробом новый подвиг ратный согревших кровью дерево Креста. Чтоб утучнить святую ниву кровью мы собрались от всех морей и стран, пребудь же нам единственной любовью средь вражьих стрел — святой Себастиан. Смешались кровь и красные шелка, с молитвой брань и с кличем отзвук стона… Вперед… и вдруг незримая Рука отбросила взревевшего дракона. Враги бегут… с копьем наперевес их Белый Рыцарь прочь метет в восторге. он вознесен, он блещет, он исчез… — Хвала тебе, хвала, святой Георгий!