Камоэнс (Мейер; Луначарский)

Камоэнс, любимец музы, Захворав, лежал в больнице. И в одной с ним был палате Студиозус из Коимбры, Сокращавший болтовнёю Скуку дней, ползущих серо. «Сударь и поэт великий, Всё ли правду вы писали? Например, что будто в море, Где-то близ Короманделя, Ваш корабль разбился бурей — Недостойное вас судно — И что будто бы, в бореньи С морем, правою рукою Вы гребли, подняв высоко Над волнами вашу шуйцу И держа в ней ваши песни? Трудно этому поверить. Сударь, я иной порою — Коль влюблён — стихи кропаю, Но когда дойдёт до жизни — Я стихи пущу по ветру… Для спасенья жизни милой Нужны, сударь, обе руки». И поэт с улыбкой молвил: «Правда, друг, так поступал я, На житейском бурном море. Против злобы, лжи и козней Защищал существованье Лишь одной моей рукою. А другой моей рукою Над пучиной чёрной смерти Под лучами бога солнца Я держал Луизиаду. И для вечности созрела Торжествующая песня».