Поездка в Кронштадт (Прутков)

Пароход летит стрелою, Грозно мелет волны в прах И, дымя своей трубою, Режет след в седых волнах. Пена клубом. Пар клокочет. Брызги перлами летят. У руля матрос хлопочет. Мачты в воздухе торчат. Вот находит туча с юга, Все чернее и черней… Хоть страшна на суше вьюга, Но в морях еще страшней! Гром гремит, и молньи блещут… Мачты гнутся, слышен треск… Волны сильно в судно хлещут… Крики, шум и вопль, и плеск! На носу один стою я, И стою я, как утёс. Морю песни в честь пою я, И пою я не без слез. Море с рёвом ломит судно. Волны пенятся кругом. Но и судну плыть нетрудно С Архимедовым винтом. Вот оно уж близко к цели. Вижу,— дух мой объял страх! — Ближний след наш еле-еле, Еле видится в волнах… А о дальнем и помину, И помину даже нет; Только водную равнину, Только бури вижу след!.. Так подчас и в нашем мире: Жил, писал поэт иной, Звучный стих ковал на лире И — исчез в волне мирской!.. Я мечтал. Но смолкла буря; В бухте стал наш пароход. Мрачно голову понуря, Зря на суетный народ: «Так,— подумал я,— на свете Меркнет светлый славы путь; Ах, ужель я тоже в Лете Утону когда-нибудь?!»