Строители (Вилкомир)

Мы жаркою беседой согревались, Мы папиросным дымом одевались И у «буржуйки» сиживали так. Покой до боли был невероятен. А дым Отечества и сладок и приятен, Окутавший наш проливной барак. Он сбит в осенней непогоде вязкой С обычной романтической завязкой — В лесу, в дождях, в надежде и дыму. Я потому об этом вспоминаю, Что лучшего я времени не знаю, По силе чувства равного тому. Какое это было время, дети! Мы жили в тьме и вместе с тем на свете, На холоде у яростных костров, Мы спали под открытым небом, в доме, В кабине экскаватора и громе Стрекочущих машин и тракторов. Мы по утрам хлебали суп из сечки, Приветливо дымящийся на печке, И были этим сыты до зари. Мы думали о вредности излишеств, Роскошнее не ведали из пиршеств, Как с чаем подслащенным сухари. А на работе? Что там только было! Я помню наши первые стропила. С каким трудом их взвили к небесам! Главинж нам лично чертежи преподал, Прораб возился ночь с водопроводом, Начальник за гвоздями бегал сам. Когда фундамент первый заложили, От счастья замерли, а впрочем, жили Невероятно гордые собой. Мы день кончали песней, как молитвой, Работу нашу называли битвой. И вправду, разве это был не бой?! Я не могу вам передать эпохи, Нужны не те слова, а эти плохи, Я лучше случай расскажу один. Пришел сентябрь – в округе первый медник, Надел он свой протравленный передник, В его руках паяльник заходил. Леса покрылись красным, медным цветом, Последняя гроза прощалась с летом, Стремительнее двигалась вода, Пришпоренная утренником стылым — Предвестником холодным и постылым Несущего оцепененье льда. А тут еще нагрянул дождь-подстега, Рекою стала главная дорога, Тогда и ночь неслышно подошла. Мы спать легли. Нам снилось, как героям, Что наш завод уже давно построен, Что перед солнцем отступила мгла. Нас разбудил нежданно чей-то окрик, Мы поднялись. Стоит начальник. Мокрый, Командует: «Все на плотину, марш!» Мы первые минуты не хотели Покинуть наши теплые постели, Потом вскочили: «Ведь начальник наш!» Как мы за ним стремительно бежали, Как в эту ночь заметно возмужали, Готовые погибнуть, но помочь! Вода в плотину бешено вгрызалась, Всю вражескую ненависть, казалось, Она в себя вобрала в эту ночь. К утру, измотанные трудным боем С водою ледяной и голубою, Мы вышли победителем ее. Белье сухое показалось негой, Барак знакомый – сладостным ночлегом, Геройской славой – наше бытие.