Негры и куклы (Беранже; Михайлов)

В продажу негров через море Вез португальский капитан. Они как мухи гибли с горя. Ах, черт возьми! какой изъян! «Что, — говорит он им, — грустите? Не стыдно ль? Полно хмурить лбы! Идите кукол посмотрите; Рассейтесь, милые рабы». Чтоб черный люд не так крушился, Театр воздвигли подвижной, — И вмиг Полишинель явился: Для негров этот нов герой. В нем все им странно показалось. Но — точно — меньше хмурят лбы; К слезам улыбка примешалась. Рассейтесь, милые рабы. Пока Полишинель храбрился, Явился страж городовой. Тот палкой хвать — и страж свалился. Пример расправы не дурной! Смех вырвался из каждой гру́ди; Забыты цепи, гнет судьбы: Своим беда́м не верны люди. Рассейтесь, милые рабы. Тут черт на сцену выступает, Всем мил своею чернотой. Буяна в лапы он хватает… К веселью повод им другой! Да, черным кончена расправа; Он стал решителем борьбы. В оковах бедным снится слава. Рассейтесь, милые рабы. Весь путь в Америку, где ждали Их бедствия еще грозней, На кукол глядя, забывали Рабы об участи своей. — И нам, когда цари боятся, Чтоб мы не прокляли судьбы, Давать игрушек не скупятся: Рассейтесь, милые рабы.