Негодование (Вяземский)

К чему мне вымыслы? К чему мечтанья мне Я раннее прости сказал младой весне, Не осушив его, фиал волшебств разбил; При первых встречах жизнь в обманах обличил И призраки принёс в дань истине угрюмой; Очарованья цвет в руках моих поблёк, И я сорвал с чела, наморщенного думой, Но, льстивых лжебогов разоблачив кумиры, Я правде посвятил свой пламенный восторг; При пламени его с свободных уст моих Негодование! Огонь животворящий! Зародыш лучшего, что я в себе храню, И, благородною отвагою кипящий, Могущество души и цену бытию. Всех помыслов моих виновник и свидетель, Ты от немой меня бесчувственности спас; В молчанье всех страстей меня твой будит глас: Взвывали к ней мольбой и сердце и уста, Но ветер разносил мой глас, толпе невнятный. Под знаменем её владычествует ложь; Насильством прихоти потоптаны уставы; С ругательным челом бесчеловечной славы Бесстыдство председит в собрании вельмож. Отцов народов зрел, господствующих страхом, Советницей владык — губительную лесть; Почётную главу посыпав скорбным прахом, Я зрел: изгнанницей поруганную честь, Доступным торжищем — святыню правосудья, Служенье истины — коварства торжеством, Законы, правоты священные орудья, — Щитом могущему и слабому ярмом. Зрел промышляющих спасительным глаголом, Ханжей, торгующих учением святым, В забвенье Бога душ — одним земным престолам Кадящих трепетно, одним богам земным. Ответствуйте: где дань отчаянной вдовы? Корыстною рукой заграбил их разврат. Презрев укор людей, забыв небес угрозы, Испили жадно вы средь пиршеских прохлад Кровавый пот труда и нищенские слёзы; На хищный ваш алтарь в усердии слепом Народ имущество и жизнь свою приносит; Став ваших прихотей угодливым рабом, Отечество от чад вам в жертву жертвы просит. Но что вам? Голосом алкающих страстей Месть вопиющую вы дерзко заглушили; От стрел раскаянья златым щитом честей Ожесточенную вы совесть оградили. Дни ваши без докук и ночи без тревог. Надменно к облакам вознёсся ваш чертог, И непорочность, зря дней ваших блеск преступный, Смущаясь, говорит: «Где ж он? Где ж казни Бог? Что ж медлит он земле суд истины изречь? Когда ж в руке его заблещет ярый меч И поразит порок удар неотвратимый?» Нет! нет! Не при твоём, отечество! зерцале На жизнь и смерть они произнесли обет: В век лучший вознесясь от мрачной сей юдоли, Свободу пел одну на языке неволи, Но где же чистое горит твоё светило? Здесь плавает оно в кровавых облаках, Там бедственным его туманом обложило, И светится едва в мерцающих лучах. Он загорится, день, день торжества и казни, День радостных надежд, день горестной боязни! Раздастся песнь побед вам, истины жрецы, Вам плач надгробный! вам, отступники природы! Вам, притеснители! вам, низкие льстецы! Но мне ли медлить? Их и робкую их братью Карающим стихом я ныне поражу; На их главу клеймо презренья положу Но мужественный строй моих свободных струн Страж пепла их, моя недремлющая злоба Их поглотивший мрак забвенья разорвёт И, гневною рукой из недр исхитив гроба, Ко славе бедственной их память прикуёт.