На смерть А. Де-Мюссе (Доде; Чюмина)/1905 (ВТ:Ё)

1 мая, 1857 г. С душой мечтателя, художник по натуре, Он бесконечною печалью удручён, Не зная даже сам, о чём тоскует он: Сегодня — потому, что быть наверно буре, А завтра — оттого, что ясен небосклон. Всё кажется ему и злым, и некрасивым, И пенье соловья находит он фальшивым. Душой подобен он увядшему цветку Со сломанным стеблём, а телом — тростнику, В котором соков нет и твёрдой сердцевины. Страдая и грустя без видимой причины, Он смертью медленной от этого умрёт, В могилу унеся своих сомнений гнёт… Вы все, любя его, душой поэту чужды. Не растравляйте же расспросами без нужды Его мучительно загадочный недуг. И вы, избранницы, к которым в вихре света Стремится пылкая фантазия поэта, — И вам не надо знать его заветных мук. Ваш гений, он — дитя, безумное, больное: Увы! Не исцелит могущество земное Божественный недуг! Сочувствуйте ему, Любите, как дитя любили вы родное, Страдайте вместе с ним — не зная, почему. Когда б доступней вам была душа поэта — Вы менее его любили бы за это. Порой, как светлый луч, сияющий во мгле, В очах безрадостных, на сумрачном челе — Вдруг загорается желанный отблеск света. Но, знай: не о тебе мечтает он, Нинета, В объятиях твоих. Он жаждет не тебя; Кого — не знает сам. Надеясь и любя, Он видит пустоту зловещую повсюду, И он не верует и не взывает к чуду. Недугом тяжким в нём душа поражена, Устал он раздувать колеблющийся пламень: Как разрушаемый волной морскою камень — Печалью тайною подточена она, И умирает он от скорби беспричинной, Отравленный тоской и… водкою полынной. fr:Les Amoureuses/Le 1er mai 1857