Бродяги (Бунин)

На позабытом тракте к Оренбургу, В бесплодной и холмистой котловине Большой, глухой дороги на восток, Стоит в лугу холщовая кибитка И бродит кляча в путах. Ни души Нет на лугу, — цыган в кибитке дремлет, И девочка-подросток у дороги Сидит себе одна и равнодушно, С привычной скукой, смотрит на закат: На солнце, уходящее за пашню, На блеск лучей над темным косогором. Наморщив лоб от ветра, вся в лохмотьях, Она следит в безлюдье за холодным, Печальным солнцем, тенью от холма И алой пылью, веющей с дороги Из-под копыт кобылы, — то молчит, То будто грезит, — что-то напевает… Какая глушь! Какая скудость жизни! Какие заунывные напевы! Вот вечереет, солнце в тучку село, Темнеет в котловине, ветер дует, И ночь идет… Пошли господь бродягам Не думать днем и не слыхать, как ночью Шатается в сухом бурьяне ветер И что-то шепчет, словно в забытьи! Спи под кибиткой, девочка! Проснешься — Буди отца больного, запрягай — И снова в путь… А для чего, — кто скажет? Жизнь, как могила в поле, молчалива.