Невольное признание (Саша Чёрный)

Гессен сидел с Милюковым в печали. Оба курили и оба молчали. Гессен спросил его кротко как авель: «есть ли у нас конституция, Павел?» Встал Милюков, запинаясь от злобы, Резко ответил: «еще бы! еще бы!» Долго сидели в партийной печали. Оба курили и оба молчали. Гессен опять придвигается ближе: «я никому не открою-скажи же!» Раненый демон в зрачках милюкова: «есть для кадет! а о прочих — ни слова...» Мнительный взгляд на соратника бросив, Вновь начинает прекрасный Иосиф: «есть ли...» но слезы бегут по жилету — На ухо павел шепнул ему: «нету!» Обнялись нежно и в мирной печали Долго курили и долго молчали.