Вестник нашей бури (Гусев)

В избушке маленькой, в ночи глухой, угрюмой, Сидели мы вкруг старого стола. Беседа прервалась, и каждый думал О чем-то о своем, и ночь тревожно шла. В углу при тусклом, беспокойном свете Боец читал под орудийный гул. Я подошел к нему, он не заметил. Из-за плеча я в книгу заглянул. То Горький был. Читал водитель танка О том, как люди к солнцу шли вперед, Как путь в лесах отыскивал им Данко, И как он сердце отдал за народ, Как факелом оно в ночи пылало И освещало путь, звало уставших в бой. И в этот миг слепой кусок металла, Стеная и урча, промчался над избой. Но к вою мин, к свинцовой грозной песне Привык боец в походах и в борьбе. Он все читал о юноше чудесном, Читал о Данко, словно о себе. В ту ночь мы ни о чем не говорили. К чему слова, когда сердца близки! Бойцы шинели на пол постелили. Во тьме мерцали трубок огоньки. Я рано встал. Но где ж водитель танка? Он затемно еще ушел в снега, в мороз, Уехал он на фронт и книжечку о Данко, Легенду Горького, в сражение повез. Фашисты рвут, сжигают книги эти. Забудь о вольных песнях, человек! К чему читать о солнце и о свете Тем, кто рабами должен стать навек. Мечты запрещены. Глупы, жестоки, Враги сжигают все, не ведая о том, Что строки пушкинские, горьковские строки Мы сквозь огонь сражений пронесем, Что мы покончим с вражеским застенком, Что наш народ на бой суровый встал За землю, о которой пел Шевченко И о которой Горький тосковал. За то, что он любил: за русские равнины, За песню волжскую, за Ильмень голубой, За тихий Дон, за степи Украины, Ведем мы бой, жестокий, смертный бой. Безумство храбрых в битвах вспоминаем, Когда идут разведчики во тьму. Любовь к России мы соединяем С любовью к человечеству всему. О, слава Горького, ты стала нашей славой! Как радостно нам знать: он между нами жил, По нашим селам шел, по нашим рекам плавал И с Лениным и Сталиным дружил. Грохочет бой. Где ты, водитель танка? Куда тебя закинула война? Быть может, ты убит и книжечка о Данко Твоею кровью, друг, обагрена? Нет, верю я: ты мчишься, брови хмуря, Сквозь талые весенние снега, Ты мчишься в бой, как вестник нашей бури, Сметающей кровавого врага.