Н. И. Гнедичу (Прерву теперь молчанья узы — Батюшков)

Прерву теперь молчанья узы Для друга сердца моего. Давно ты от ленивой Музы, Давно не слышал ничего. И можно ль петь моей цевнице В пустыне дикой и пустой, Куда никак нельзя царице Поэзии притти младой? И мне ли петь под гнетом рока, Когда меня судьба жестока Лишила друга и родни?.. Пусть хладные сердца одни Средь моря бедствий засыпают И взор спокойно обращают На гробы ближних и друзей, На смерть, на клевету жестоку, Ползущу низкою змией, Чтоб рану нанести жестоку И непорочности самой. Но мне ль с чувствительной душой Быть в мире зол спокойной жертвой И клеветы, и разных бед?.. Увы! я знаю, что сей свет Могилой создан нам отверстой, Куда падет, сражен косой, И царь с венчанною главой, И пастырь, и монах, и воин! Ужели я один достоин И вечно жить, и быть блажен? Увы! здесь всяк отягощен Ярмом печали и цепями, Которых нам по смерть руками, Столь слабыми, нельзя сложить. Но можно ль их, мой друг, влачить Без слез, не со крушась душевно? Скорее морем льзя безбедно На валкой ладие проплыть, Когда Борей расширит крылы, Без ветрил, снастей и кормила И к небу взор не обратить… Я плачу, друг мой, здесь с тобою, А время молнией летит. Уж месяц светлый надо мною Спокойно в озеро глядит, Всё спит под кровом майской нощи, Едва ли водопад шумит, Безмолвен дол, вздремали рощи, В которых луч луны скользит Сквозь ветки, на землю склоненны. И я, Морфеем удрученный, Прерву цевницы скорбный глас И, может, в полуночный час Тебя в мечте, мой друг, познаю И раз еще облобызаю…